В Токио живёт американец, актёр, который пока не нашёл своего места. Роли не идут, кастинги проходят мимо. Он почти смирился, когда судьба преподнесла странное предложение. Небольшое японское агентство, которое сдаёт квартиры семьям, ищет особого сотрудника. Нужен человек, способный на время стать кем-то другим. Не просто агентом по аренде, а дублёром, заменой, «запасным» человеком для чужих жизненных ситуаций.
Его задача — входить в дома клиентов и исполнять роли, в которых они нуждаются. Иногда он изображает давно потерянного родственника на семейном ужине, чтобы скрасить одиночество пожилой пары. Порой становится старым другом, который выслушает и поддержит. Он — временный муж на корпоративе, веселый дядя на детском празднике, даже сын для одинокой матери, чьи дети живут далеко. Каждый вызов — это новый персонаж, новая история, в которую нужно погрузиться с головой.
Сначала это была просто работа, актёрское упражнение. Но постепенно границы начали стираться. В тихом доме, где он играл роль отсутствующего сына, пожилая женщина рассказала ему о своей молодости, о сакуре, которая цвела во дворе. Её слова были наполнены такой подлинной грустью и теплотой, что его ответное сочувствие перестало быть игрой. В другой раз, изображая друга для замкнутого подростка, он увидел в его глазах настоящее доверие, которое не купишь за деньги.
Эти мимолётные, но глубокие связи стали менять его. Он ловил себя на мысли, что думает о своих «клиентах» в свободное время, беспокоится об их реальных проблемах. Игра и реальность сплелись в причудливый узор. Где заканчивается роль и начинается искреннее участие? Может ли профессиональная услуга стать основой для настоящей человеческой близости?
Токио с его неоновыми огнями и тихими переулками стал фоном для этой тихой трансформации. Через чужие истории, через временное проживание чужих ролей, он начал по-новому смотреть на себя. В поисках своего призвания он неожиданно нашёл нечто большее — способность соприкасаться с душами других людей, пусть даже на короткое время. И в этом кратком прикосновении, возможно, и скрывался ответ на его собственные поиски.
